Previous Entry Share Next Entry
Париж, журнал Deutsch-Französische Jahrbücher
Red Star
hellboy_unfeel

В начале 1843 года, расставшись с работой в журнале «Rheinische Zeitung», Маркс не отказывается от участия в политической жизни. Совсем наоборот - он решается на организацию нового журнала «Deutsch-Franzosische Jahrbucher» («Немецко-французский ежегодник»). Идея состояла в том, чтобы создать печатное издание, которое бы объединило ведущих немецких и французских мыслителей того времени. Его редакторами должны были стать сам Карл Маркс и Арнольд Руге.

В течение всего года шла подготовка к изданию Ежегодника: переговоры с возможными авторами, обсуждение идеи журнала, написание статей. Параллельно Маркс начал писать работу, названную "К критике Гегелевской философии права". Однако она так и не была закончена. По мере продвижения автор всё больше понимает, что правовые отношения сложно рассматривать автономно, как нечто отдельное от остальных дисциплин и от жизни. В конечном итоге, свет увидело только Введение к этой работе, которое было напечатано в единственном вышедшем номере журнала «Deutsch-Franzosische Jahrbucher» в начале 1844 года.

Важность статьи "К критике Гегелевской философии права. Введение" для будущего становления Маркса трудно переоценить. Именно здесь он провозглашает переход от критики религиозного сознания, цели которой он считает уже реализованными, к критике политического и правового аспекта земной жизни.

Религия стала утешением человека среди несправедливости окружающего мира. Она облегчала жизнь простого народа, стала его "опиумом", т.е. болеутоляющим. Однако пришло другое время, и от иллюзорного счастья человека необходим переход к построению действительного счастья в реальном бытии.

"Реформа сознания состоит только в том, чтобы дать миру уяснить себе своё собственное сознание, чтобы разбудить мир от грёз о самом себе, чтобы разъяснить ему смысл его собственных действий. Вся наша задача может состоять только в том, чтобы — как это имеет место также и в фейербаховской критике религии — придать вопросам религии и философии форму, соответствующую человеку, осознавшему самого себя".

Именно здесь Маркс видит основную задачу современной философии. Критика должна наконец-то подняться до обсуждения проблем реального мира, указать народу на корень царящей вокруг несправедливости, дать теоретические обоснования нового общества, в котором существующие проблемы будут устранены. Необходимо объединение зарождающегося в Германии пролетариата с передовой немецкой теорией. Сама по себе пустая практика бесплодна, она не видит корня окружающих проблем, но и голая теория не способна преодолеть несправедливости окружающего мира. Только объединение идей немецкой философии с народом может в результате совершить революцию, которая поставит немцев в один ряд с передовыми нациями, а также позволит достигнуть нового уровня развития человеческой личности. Идея может стать реальной силой только соединившись с массами.

"Подобно тому как философия находит в пролетариате своё материальное оружие, так и пролетариат находит в философии своё духовное оружие, и как только молния мысли основательно ударит в эту нетронутую народную почву, свершится эмансипация немца в человека".

Далее Маркс констатирует текущее отсутствие в немецком обществе сложившегося классового сознания в противовес обществу французскому.

"В Германии, напротив, где практическая жизнь так же лишена духовного содержания, как духовная жизнь лишена связи с практикой, ни один класс гражданского общества до тех пор не чувствует ни потребности во всеобщей эмансипации, ни способности к ней, пока его к тому не принудят его непосредственное положение, материальная необходимость, его собственные цепи".

Именно материальная безысходность, по мнению Маркса, способна сплотить тот класс, который будет призван освободить от оков всё общество. Зарождающийся пролетариат, погружающийся в бездну бедности, пауперизма, безысходности как раз и имеет шанс встать во главе борьбы за всеобщую свободу и равенство, освободить и преобразить как отдельного человека, так и весь народ от сдерживающих условностей старого мира.

Итак, что же вытекает из всего вышесказанного? Маркс формулирует свои выводы следующим образом:

"Единственно практически возможное освобождение Германии есть освобождение с позиций той теории, которая объявляет высшей сущностью человека самого человека. В Германии эмансипация от средневековья возможна лишь как эмансипация вместе с тем и от частичных побед над средневековьем. В Германии никакое рабство не может быть уничтожено без того, чтобы не было уничтожено всякое рабство. Основательная Германия не может совершить революцию, не начав революции с самого основания. Эмансипация немца есть эмансипация человека. Голова этой эмансипации — философия, её сердце — пролетариат. Философия не может быть воплощена в действительность без упразднения пролетариата, пролетариат не может упразднить себя, не воплотив философию в действительность. Когда созреют все внутренние условия, день немецкого воскресения из мёртвых будет возвещён криком галльского петуха".

Как мне кажется, в приведённой выше статье сформулированы очень многие положения, объясняющие сущность мировоззрения и философии Маркса, но это не единственная работа того периода, которая достойна повышенного внимания со стороны тех, кто решил основательно разобраться в марксизме. Я имею в виду статью "К еврейскому вопросу", которая вышла в том же самом единственном издании Немецко-французского ежегодника.

Статья полемизирует с одним из младогегельянцев - Бруно Бауэром, который в статье "Еврейский вопрос" пытается разрешить проблему о борьбе евреев за равноправие в Германии. Он говорит о том, что только отделение церкви от государства может разрешить национальный вопрос. Евреи требуют собственной эмансипации, но на каком же основании эта эмансипация возможна? Уничтожение неравенства возможно при уничтожении религии. Разделив государство и церковь, целовек, в первую очередь, станет не христианином или евреем, а гражданином государства. Таким образом и произойдёт уравнивание прав евреев и немцев.

Но освобождается ли человек от религиозных пут при разделении государства и церкви? Практический опыт США и Франции указывает на то, что это не так. "Государство, таким образом, может совершенно эмансипироваться от религии даже тогда, когда преобладающее большинство ещё остаётся религиозным", - возражает Маркс. Внутренний конфликт человека, который возникает после такого разделения, совсем не означает, что выбор будет сделано именно в пользу государства, а не в пользу религии. В этом случае скорее происходит мирской раскол между политическим и гражданским обществом, раскол между общим и частным интересом человека.

Бруно Бауэр в своей статье не отвечает на поставленные вопросы, поэтому выход из сложившейся ситуации ищет сам Маркс. Преодоление политического отчуждения он видит только в связи с преодолением отчуждения самого человека, а для этого необходимо ставить вопросы совершенно на другом уровне. Разложение феодального общества в конечном итоге привело к свободному человеку, но человеку эгоистическому. А значит:

"Человек не был поэтому освобождён от религии, — он получил свободу религии. Он не был освобождён от собственности, — он получил свободу собственности. Он не был освобождён от эгоизма промысла, — он получил свободу промысла".

И далее:

"Эгоистический человек есть пассивный, лишь найденный готовым результат распавшегося общества, предмет непосредственной достоверности, следовательно — естественный предмет. Политическая революция разлагает гражданскую жизнь на её составные части, не революционизируя самих этих составных частей и не подвергая их критике".

Таким образом, формальное освобождение человека от феодально-сословных условностей ещё не освобождает его от других существующих условностей окружающего мира. Тогда как настоящая свобода должна вернуть человеку человеческий мир, человеческие отношения к самому человеку.

"Лишь тогда, когда действительный индивидуальный человек воспримет в себя абстрактного гражданина государства и, в качестве индивидуального человека, в своей эмпирической жизни, в своём индивидуальном труде, в своих индивидуальных отношениях станет родовым существом; лишь тогда, когда человек познает и организует свои «собственные силы» как общественные силы и потому не станет больше отделять от себя общественную силу в видеполитической силы, — лишь тогда свершится человеческая эмансипация".

Для настоящего освобождения современный еврей должен преодолеть в себе еврейство, освободиться от него. Но в чем же состоит это преодоление? Какой общественный элемент при этом нужно преодолеть? Маркс отвечает на этот вопрос так:

"Постараемся вглядеться в действительного еврея-мирянина, не в еврея субботы, как это делает Бауэр, а в еврея будней. Поищем тайны еврея не в его религии, — поищем тайны религии в действительном еврее. Какова мирская основа еврейства? Практическая потребность, своекорыстие. Каков мирской культ еврея? Торгашество. Кто его мирской бог? Деньги. Но в таком случае эмансипация от торгашества и денег — следовательно, от практического, реального еврейства — была бы самоэмансипацией нашего времени".

Таким образом, именно в устранении торгашества может лежать преодоление проблемы. В удалении антисоциального элемента общества можно эмансипировать человека от еврея. Устранение материальных предпосылок устраняет и преграды, разделяющие людей. Деньги - вот истинный бог настоящего еврея, и этот бог вместе с тем порабощает и всё остальное общество практической потребности и своекорыстия.

"То, что в еврейской религии содержится в абстрактном виде — презрение к теории, искусству, истории, презрение к человеку, как самоцели, — это является действительной, сознательной точкой зрения денежного человека, его добродетелью. Даже отношения, связанные с продолжением рода, взаимоотношения мужчины и женщины и т. д. становятся предметом торговли! Женщина здесь — предмет купли-продажи. Химерическая национальность еврея есть национальность купца, вообще денежного человека".

Христианство оказалось слишком возвышенным, слишком спиритуалистическим, чтобы устранить грубость практической потребности. В результате в эгоистическом, индивидуалистическом обществе христианство снова возвращается к еврейству.

"Христианство есть перенесённая в заоблачные выси мысль еврейства, еврейство есть низменное утилитарное применение христианства, но это применение могло стать всеобщим лишь после того, как христианство, в качестве законченной религии, теоретически завершило самоотчуждение человека от себя самого и от природы".

Таким образом, в данной статье Маркс очень глубоко раскрывает собственные взгляды на проблему отчуждения человека. По всей видимости, именно здесь лежит ответ на вопрос: почему в это время он начинает изучение политэкономии. В устранении материальных предпосылок отчуждения видит он путь к истинной свободе человека.

Две приведённые статьи были написаны в конце 1843 года: в это время Маркс переезжает в Париж и начинает активно устанавливать связи с французскими социалистами и демократами, здесь он начинает знакомиться с вождями рабочих обществ, посещать собрания немецких и французских рабочих и ремесленников. Параллельно он систематически знакомится с работами ведущих специалистов в области политической экономии: А. Смита, Ж.Б. Сэя, Ф.Скарбека и др. В течение 1843 года происходит переход от критики политической и правовой действительности к пониманию экономической и социальной обусловленности настоящего общественного положения. Невозможно освободить человека, преодолеть его отчуждение от самого себя только политическим путём - такой вывод Маркс сделал из своей попытки критики Гегеля.

Продолжение следует...

promo hellboy_unfeel august 11, 2014 15:19 317
Buy for 10 tokens
В выходные не было времени писать в блог, но некоторые материалы в сети успел прочесть. Наиболее интересным из них считаю вот этот. Очень хороший анализ того, как сетевое патриотическое сообщество постепенно превращается в типичных майданщиков. "Чуждый любого рода рефлексий"(с)…

?

Log in

No account? Create an account